Трампу нужен министр обороны, который с ним согласен

Президент хочет уйти от иностранных военных конфликтов. Для этого ему понадобится секретарь, который действительно будет считать, что он прав.

Джеймс Мэттис был необычным выбором на позицию министра обороны, на явно гражданскую роль. Ещё недавно он был командиром Centcom (ред. – Центрального командования США), отвечал за американское военное присутствие на Ближнем Востоке и в Центральной Азии. Конечно, в Пентагоне широко распространено мнение, что Мэттис более склонен доверять старшим военным чинам, c многими из которых он познакомился в течение своей многолетней карьеры офицера ВМС США, чем старшим гражданским чиновникам, часто обвиняемых в излишнем надзоре за личным составом.

Учитывая важность гражданского контроля над вооруженными силами, можно было ожидать, что оригинальный подход Мэттиса к руководству Пентагоном вызовет повышенную обеспокоенность среди ведущих членов сообщества по национальной безопасности. Но этого не произошло по той простой причине, что в отличие от президента Дональда Трампа, которому он служил с глубинным двойственным отношением, Мэттис твердо придерживался двухпартийного интернационального консенсуса по внешней и оборонной политике. Поэтому неудивительно, что его уход вызвал паническую реакцию.

Особенно, когда началась каденция Трампа, Мэттис стал обнадеживающей фигурой. Он был живым доказательством того, что, несмотря на кажущуюся бесконечную серию провокаций, альянсы под руководством США останутся нетронутыми и, возможно, будут укреплены. Учтите, что, хотя президент громко и настойчиво ставит под сомнение мудрость приверженности США защите своих европейских союзников, военные расходы Соединённых Штатов в Европе увеличились с 789 миллионов долларов до 4,77 миллиардов долларов за время пребывания Мэттиса в должности Министра обороны. И даже ожидается, что расходы будут увеличены. Всё это в значительной степени было делом рук Мэттиса, равно как и новая Стратегии национальной обороны, представленная Пентагоном и призывающая уделять больше внимания конкуренций между великими державами и открыто пойти на вызов, брошенный ревизионистским Китаем.

Однако спустя короткий промежуток времени стало очевидно, что влияние Мэттиса уменьшается, как заметил Тобин Харшоу, в конце прошлого месяца. Не сумев убедить Трампа остаться преданным соглашению по иранской ядерной программе или Парижскому климатическому договору, Мэттис попытался сыграть роль хорошего солдата, когда дело дошло до других различных президентских приоритетов; происходило это при очевидном напряжении. Как только президент решил, что больше не будет мириться с продолжающимся военным присутствием США в Сирии, несмотря на твердые возражения его министра обороны, отставка Мэттиса была предрешена. Вместо того чтобы оставаться на своем посту, быть постоянно осуждаемым, выражая поддержку президентской повестке дня днем и неустанно работая, чтобы помешать ей ночью, Мэттис решил расчистить путь для преемника, который бы в большей степени соответствовал мироощущению Трампа.

И так и должно быть. Как президент Трамп заслуживает на министра обороны, который согласится с ним в том, что американские военные должны выйти из иностранных кампаний, у которого есть определённые бюрократические способности для помощи президенту проводить политику в соответствии с его видением. Не так, как мы наблюдали в случае с Сирией, когда Трамп неоднократно прилагал усилия в этом направлении, затем проигрывал, терпя неудачу, после чего безоговорочно приказал пойти на этот шаг. Несмотря на резкое осуждение запланированного вывода Трампом войск из Сирии, многие серьезные ученые признают, что, как недавно заметил политолог Дэниел Байман, «политика постоянного пребывания примерно двух тысяч американских войск в Сирии всегда была немного сомнительной»

Другие, шире смотря на проблему, утверждают, что большой Ближний Восток быстро превращается в стратегическое болото, и что Соединенным Штатам было бы неплохо сосредоточить свои дипломатические и военные ресурсы на Индо-Тихоокеанском регионе. Министр обороны, который бы принял настойчивую позицию Трампа о сирийской миссии, которую не стоило вообще начинать, вполне мог бы убедить президента принять более обдуманное решение. Это то, кем действительно должен быть министр обороны в администрации Трампа.

Что касается того, кто мог бы отвечать всем требованиям, на этот вопрос сложнее ответить. До сих пор разговоры велись о нескольких бывших республиканских деятелях в отставке и одном или двух союзниках президента в Конгрессе, но не ясно, знаком ли кто-либо из них достаточно хорошо с работой Пентагона. Трамп может обратиться к ветерану администраций Обамы или Клинтона, который разделяет его анти-интервенционистские взгляды, но вряд ли такое решение будет приветствоваться. Не удивляйтесь, если президент неожиданно выберет для этой работы другого недавно ушедшего в отставку генерала, для которого чувство долга является достаточной причиной, чтобы терпеть разочарования, которые, несомненно у него возникнут.

https://www.theatlantic.com/ideas/archive/2018/12/who-will-trump-choose-his-secretary-defense/578803/