Как освободить немецкую демократию

Спектакль, сопровождавший последние переговоры о формировании нового коалиционного правительства в Германии, стал иллюстрацией причин недовольства избирателей. Борьба за полномочия, бюджетные подачки, компромиссы, достигнутые без каких-либо общественных дебатов, – всё это подчёркивает, насколько далеко оторвались ведущие партии Германии от электората, подталкивая избирателей прямо в руки популистов.

Как следствие этого, в Германии расцвёл политический радикализм. Ультраправая партия «Альтернатива для Германии» (AfD) и крайне левая партия Die Linke вместе располагают примерно четвертью мест в Бундестаге. А формирующаяся сейчас «большая коалиция» – она включает консервативный Христианско-демократический союз (ХДС), её братскую партию из Баварии Христианско-социалистический союз (ХСС), а также левую Социал-демократическую партию (СДПГ) – имеет чуть более 50% мест; из-за этого она будет значительно менее «большой», чем при двух предыдущих правительствах.

В особенности AfD не может поверить своему счастью. Эта партия, которую можно было бы, при желании, счесть единственной партией лояльной демократии, похоже, станет крупнейшей оппозиционной фракцией в Бундестаге. Для партии, которая не имела представительства в парламенте вплоть до сентября прошлого года, столь выдающаяся роль выходит за пределы самых несбыточных мечтаний.

Если, как ожидается, большая коалиция действительно придёт к власти, парламент богатой и экономически стабильной Германии будет ожидать та же самая форма раскола, который, сдвигая власть к политическим крайностям и сужая политический центр, уже ослабил демократию в других странах. Это произошло в США, где проявления крайних позиций подрывают сотрудничество между республиканцами и демократами, а также в Великобритании, Нидерландах и Бельгии.

Я не хочу сказать, что Бундестаг внезапно станет таким же малофункциональным как нынешний конгресс США. Однако семена демократического паралича уже посеяны.

В каком-то смысле данная ситуация уже давно назревала. При предыдущих больших коалициях Бундестаг всё меньше играл роль платформы для открытого обсуждения различных позиций и предпочтительных вариантов решений, превратившись, скорее, в машинку для одобрения законов. Достигнутое соглашение о новой коалиции в поразительных деталях описывает на 167 страницах программу будущего правительства. Это свидетельствует о том, что внимание властей в следующие четыре года будет – опять – сосредоточено на реализации ранее согласованных решений, а не на содействии дискуссиям и размышлениям по поводу общественных проблем.

Такая политика закрытых дверей усугубляет раскол между политическим классом и избирателями. Что касается её движущих причин, здесь есть два виновника: расцвет системы коалиционных соглашений и изменения в партийной системе.

Коалиционное соглашение, фиксирующее некоторое основные политические положения на предстоящий законодательный период, впервые было подписано между ХДС и Свободной демократической партией (СвДП) в начале 1960-х годов. Тогда же был создан коалиционный комитет с целью гарантировать прохождение согласованных решений через парламент.

Однако со временем эти соглашения становились всё более детальными и комплексными. То, что было дорожной картой, превратилось в контракт. Тем временем, коалиционный комитет, действующий за кулисами, становился всё более могущественным. Подобное развитие событий, хотя и вызывало нарекания, никогда реально не оспаривалось; напротив, эти подходы стали нормой de rigueur для законотворчества в Германии. Из-за этого Бундестаг переориентировался с проведения открытых дебатов на реализацию заранее согласованных решений.

Еще буквально несколько лет назад эти изменения роли Бундестага не выглядели большой проблемой. Однако в последнее время ведущие политические партии начали терять поддержку на местах: ХДС/ХСС и СДПГ опираются сейчас на значительно меньшее число членов партии. В результате, их решения оказываются всё сильнее оторваны от воли народа.

Руководство ХДС и ХСС, не связанное необходимостью общепартийного голосования, уже сигнализировало о своём согласии с коалиционным пактом. Но можно надеяться, что члены СДПГ отвергнут это соглашение: по этому вопросу они сейчас проводят голосование (оно осуществляется по почте и заканчивается 2 марта). Не исключено, что провал этого соглашения может привести к росту политической нестабильности, однако в конечном итоге это событие укрепит немецкую демократию.

В случае провала соглашения Германия может провести новые выборы. Это, конечно, рискованный вариант, потому что, по данным последних опросов, AfD может получить ещё больше голосов, в то время как поддержка ХДС и СДПГ может снизиться. Но в качестве альтернативы канцлер Ангела Меркель могла бы возглавить миноритарное правительство – первое за почти 70 лет истории Федеративной республики. Этому правительству придётся выносить любые политические предложения на обсуждение парламента, рискуя, что они могут оказаться заблокированы.

Режим миноритарного правительства означает, что любые дебаты могут закончиться падением этого правительства. Тем не менее, данная система может хорошо сработать при обсуждении многих менее спорных предложений, одновременно создавая новую традицию меняющихся, а не фиксированных коалиций. Со временем такой механизм может принести значительную пользу, и даже институциональные инновации, которые потенциально способны бросить вызов удушающей практике коалиционных соглашений и комитетов, которые за закрытыми дверями следят за соблюдением этих соглашений.

Немецкую демократию душат строгие коалиционные контракты. Немцы могут дать ей возможность дышать и одновременно сократить разрыв между политическим классом и электоратом, если займутся созданием более открытой и гибкой законодательной повестки, требующей подлинных дебатов, которые будут вестись публично – в Бундестаге.

https://www.project-syndicate.org/commentary/germany-coalition-agreement-stifles-debate-by-helmut-k--anheier-2018-02